Интервью Михаэля Бродского стало важным разговором не только о дипломатии, но и о взрослении отношений Украины и Израиля. В нём прозвучали темы, которые редко удобно обсуждать публично: иллюзии, военные технологии, антисемитизм, Холокост и пределы политической поддержки.

Украина после 2021 года: страна, которую война изменила глубже, чем кажется

Интервью украинского журналиста Юрия Романенко с послом Израиля в Украине Михаэлем Бродским, вышедшее на канале Yuriy Romanenko 8 июня 2026 года, важно не только как дипломатический разговор перед завершением миссии посла в августе. Это разговор о том, как Украина и Израиль за несколько лет прошли через разочарования, завышенные ожидания, взаимные ограничения и пришли к более трезвому пониманию друг друга.

Украина и Израиль «после иллюзий»: что Михаэль Бродский рассказал о войне, ПВО, дронах и сложной памяти — разговор перед завершением миссии посла в августе 2026

Бродский приехал в Украину в августе 2021 года. Тогда страна ещё жила в другой политической и психологической реальности. До полномасштабного вторжения россии оставались месяцы, но многие процессы, которые сегодня кажутся очевидными, тогда ещё не были видны в полной силе.

По словам посла, изменились не его стереотипы об Украине — изменилась сама Украина. Это важная формула, потому что она переносит разговор из плоскости личных впечатлений в плоскость исторического перелома. Страна, которую он увидел в 2021 году, и страна, с которой он прощается в 2026-м, — это уже не одно и то же общество.

Война изменила Украину не только военным образом.

Она изменила карту населения, внутреннюю миграцию, отношение к безопасности, доверие к внешним партнёрам, ожидания от союзников и само понимание государства. Бродский говорит о потоках людей, которые переместились с востока в центр и на запад, о человеческой трагедии и о стране, которая потеряла огромную часть прежней нормальности.

Для израильской аудитории эта логика понятна. Израиль тоже живёт в ситуации, когда безопасность — не абстрактный раздел бюджета, а условие существования страны. После 7 октября 2023 года эта реальность стала ещё жёстче. Поэтому разговор Бродского об Украине звучит не как холодный дипломатический отчёт, а как взгляд человека из страны, которая сама знает, что такое жить под угрозой.

Исчезновение иллюзий: о россии, партнёрах и собственных ожиданиях

Один из главных тезисов Бродского — Украина потеряла многие иллюзии.

Прежде всего речь идёт о россии. До 2022 года в украинском обществе ещё существовали разные представления о «северном соседе», о возможности договориться, о культурной близости, о прошлом, которое якобы может удержать от большой войны. После 24 февраля 2022 года эта оптика была разрушена.

Но важнее другое: война разрушила не только иллюзии о россии. Она разрушила и завышенные ожидания от партнёров.

В этом месте Бродский говорит об Израиле особенно откровенно. В начале полномасштабной войны многие в Украине смотрели на Израиль через миф о «Железном куполе». В украинском публичном поле часто звучала логика: если у Израиля есть знаменитая система ПВО, значит, она может закрыть украинское небо.

Бродский объясняет, что это было искажённое восприятие.

«Железный купол» — не магический купол над страной. Это конкретная ракетная система, эффективная против определённого типа угроз, прежде всего ракет малой дальности. Она не предназначена для того, чтобы закрыть огромную территорию от всех возможных ракет, баллистики, авиации, дронов и комбинированных атак.

Именно здесь начинается взросление украинско-израильских отношений.

Когда одна сторона ждёт невозможного, а другая не может или не готова это дать, появляются обиды. Когда стороны начинают понимать реальные возможности друг друга, появляется пространство для настоящей политики.

Украина стала лучше понимать ограничения Израиля. Израиль стал лучше понимать масштаб украинской войны. И это, как следует из слов Бродского, не делает отношения проще, но делает их честнее.

Где Украина и Израиль действительно могут стать ближе

Главный позитивный тезис интервью — потенциал сотрудничества Украины и Израиля не исчерпан. Более того, он может стать намного серьёзнее именно после того, как обе страны прошли через тяжёлые войны и отказались от части иллюзий.

Бродский видит главный потенциал не в красивых декларациях, а в военно-технической сфере.

Речь идёт о ПВО, дронах, противодронной защите, военных технологиях и способности быстро превращать боевой опыт в практические решения. Это та область, где Украина и Израиль могут быть друг другу действительно полезны.

Израиль десятилетиями строил свою оборонную технологическую культуру в условиях постоянной угрозы. Когда нет гарантии, что другие дадут всё необходимое, страна вынуждена изобретать сама. Когда враги рядом, технологии проверяются не на выставке, а в реальности.

Украина после 2022 года оказалась в похожей логике.

Она не может ждать идеальных решений. Ей приходится быстро разрабатывать, тестировать, переделывать, масштабировать и снова тестировать. Особенно это видно в теме дронов, где украинская война стала одним из самых жёстких полигонов современной военной технологической революции.

Для НАновости Новости Израиля Nikk.Agency эта часть интервью особенно важна: она показывает, что украинско-израильские отношения могут выйти из эмоционального формата «почему не дали» и перейти к практическому формату «что мы можем создать вместе».

ПВО и дроны: не символы, а вопрос выживания

ПВО в этом разговоре — не техническая деталь. Это вопрос жизни людей.

Украина живёт под российскими ракетными и дроновыми атаками. Израиль после 7 октября живёт с угрозами ХАМАС, «Хезболлы», Ирана и других сил, которые используют ракеты, беспилотники, комбинированные атаки и прокси-сети.

Эти войны разные. Их нельзя механически сравнивать.

У Украины одна география, один масштаб фронта, одна глубина территории и один тип противника. У Израиля другая территория, другая плотность населения, другие границы, другая система угроз. Но технологическая логика похожа: враг ищет слабое место, атакует дешевле, быстрее, массовее, а оборона вынуждена отвечать умнее.

Бродский признаёт, что Украина раньше Израиля столкнулась с масштабной дроновой войной. Израиль, особенно на северном направлении, уже увидел, насколько серьёзной становится эта проблема. «Хезболла» активно применяет беспилотники, и часть угроз напоминает то, что украинские военные видят каждый день на своём фронте.

В этом смысле украинский опыт для Израиля может быть не менее важен, чем израильский опыт для Украины.

Украина умеет работать с массовостью, полевыми решениями, быстрыми изменениями тактики. Израиль умеет строить технологические экосистемы, связывать армию, инженеров, бизнес, государство и экспортный рынок. Если эти две школы соединить не формально, а по-настоящему, результат может быть серьёзным.

Украина повторяет израильский путь — но в своём масштабе

Одна из самых сильных мыслей Бродского — Украина во многом повторяет путь Израиля.

Не в политическом смысле и не в исторической кальке. Украина не становится «вторым Израилем», и такие сравнения часто слишком упрощают реальность. Но есть похожая логика: страна, поставленная перед угрозой уничтожения, начинает строить собственную оборонную культуру.

Израиль проходил это десятилетиями.

Нехватка оружия, ограниченность ресурсов, необходимость защищаться здесь и сейчас, зависимость от внешних партнёров, но одновременно понимание, что в критический момент рассчитывать нужно прежде всего на себя. Из этого выросла израильская оборонная промышленность, разведывательные возможности, культура стартапов, военная медицина, кибербезопасность и система постоянной адаптации.

Украина теперь проходит свой вариант этого пути.

Только делает это в гораздо более сжатые сроки и на фоне полномасштабной войны против россии. В украинских условиях военные технологии развиваются не из комфорта и не из желания занять рынок. Они развиваются потому, что иначе погибают люди, города, инфраструктура и армия.

Это очень важный момент для израильской аудитории.

Он объясняет, почему Украина сегодня — не только получатель помощи. Украина становится носителем опыта, который может быть нужен другим странам, включая Израиль. Это меняет психологию отношений. Киев уже не только просит. Киев может делиться тем, что получил страшной ценой.

Отношения без романтики: почему зрелость важнее лозунгов

Украинско-израильские отношения никогда не были простыми. Бродский прямо говорит, что это не тот случай, когда между странами всё радужно, понятно и безоблачно.

В этом и есть ценность интервью.

Оно не рисует декоративную дружбу. Оно показывает отношения двух стран, у которых есть общие интересы, общие боли, общие враги в отдельных направлениях, но также есть разные геополитические обстоятельства, разные ограничения и разные исторические травмы.

Украина хотела от Израиля большего в начале войны.

Израиль ожидал, что Украина лучше поймёт его ограничения.

После 7 октября украинскому обществу стало легче понять, почему Израиль принимает решения через призму безопасности. Но и Израилю стало сложнее не видеть, насколько тяжёлую войну против россии ведёт Украина.

Так появляется более честная основа.

Не «мы всегда должны быть согласны». Не «мы обязаны молчать о сложном». Не «нам всё должны». А другое: у нас есть сферы, где мы можем быть сильнее вместе, и есть темы, которые нужно обсуждать без самообмана.

Две войны, одна логика постоянной адаптации

Украина и Израиль сегодня находятся в разных войнах, но обе страны живут в режиме непрерывной адаптации.

Украина адаптируется к российскому давлению: фронт, тыл, энергетика, мобилизация, дроны, ракеты, международная помощь, усталость партнёров, информационная война.

Израиль адаптируется к последствиям 7 октября, угрозам из Газы, Ливана, Ирана, Йемена, Сирии, к давлению международного мнения, к внутренней травме и к необходимости одновременно защищать граждан и сохранять стратегические союзы.

Именно поэтому разговор Бродского звучит как мост между двумя опытами.

Он не говорит, что Украина и Израиль одинаковы. Он говорит о том, что обе страны понимают цену войны не из докладов, а из жизни. Это и может стать основой более глубокого сотрудничества.

Антисемитизм, российские вбросы и болезненная память

Но интервью Бродского важно не только военной частью. В нём есть другой большой блок — антисемитизм, историческая память и темы, которые часто пытаются убрать из разговора ради политического удобства.

Бродский говорит о законе против антисемитизма в Украине. Его позиция проста: цивилизованная страна должна иметь инструменты для борьбы с антисемитизмом и преступлениями на почве национальной ненависти.

Он подчёркивает важную грань: критиковать Израиль можно. Это не антисемитизм.

Но нападение на синагогу, антисемитские высказывания, подстрекательство, ненависть к евреям или попытка представить преступление на почве антисемитизма как обычное «хулиганство» — это уже другая история. Такие вещи должны называться своими именами.

Для Украины это особенно важно.

российская пропаганда годами пытается использовать еврейскую тему против Украины: то через обвинения в «нацизме», то через конспирологию, то через попытки поссорить украинцев и евреев, то через вбросы о том, что Израиль якобы имеет какие-то скрытые планы в отношении украинской территории.

«Небесный Иерусалим»: конспирология как оружие против доверия

В интервью отдельно звучит тема так называемого «небесного Иерусалима». Бродский называет эту идею дикостью и безумием.

И это не просто эмоциональная реакция.

Такие мифы работают как информационное оружие. Они не обязаны быть логичными. Их задача — не объяснить реальность, а заразить общество подозрением. Посеять мысль, что евреи, Израиль или какие-то «скрытые силы» якобы используют войну в Украине для собственных тайных планов.

Это старая антисемитская механика в новой упаковке.

Сначала создаётся фантастический сюжет. Потом он повторяется ботами, маргинальными каналами, псевдоэкспертами и людьми, которые сами не понимают, что становятся частью вражеской информационной операции. Потом этот сюжет начинает всплывать под любыми новостями, где есть Израиль, евреи, Украина, Зеленский, Абрамович, дипломатия или война.

Бродский осторожно говорит, что не всегда можно точно отделить спланированную операцию от спонтанных реакций пользователей. Но сам факт большого количества антисемитских комментариев, в том числе под публикациями посольства Израиля, он признаёт тревожным.

И здесь для украинского общества есть важный вывод.

Борьба с российской пропагандой — это не только опровержение фейков о фронте. Это ещё и защита внутреннего доверия. Если пророссийская или антисемитская конспирология начинает работать внутри украинского дискурса, она бьёт не только по евреям. Она бьёт по самой Украине, потому что делает её уязвимой для манипуляции.

Историческая память: поддержка Украины не означает молчания

Самый болезненный блок интервью связан с исторической памятью.

Бродский говорит о героизации фигур, которые в Израиле воспринимаются через связь с нацистским режимом, Холокостом и идеей Украины без евреев. В разговоре звучит тема Мельника, реакция Яд Вашем, позиция израильского МИДа и вопрос о том, почему такие сюжеты снова и снова становятся проблемой в отношениях Украины с Израилем и Польшей.

Здесь позиция Бродского жёсткая, но важная.

Израиль поддерживает Украину в войне против россии. Израиль голосует за Украину на международных площадках. Израиль оказывает помощь и, по словам посла, будет продолжать поддерживать Украину.

Но это не означает, что Израиль будет молчать по вопросам исторической памяти.

Для Израиля тема Холокоста на украинской земле — не внешняя история. Это часть истории еврейского народа. На территории Украины во время Второй мировой войны были уничтожены около полутора миллионов евреев. Поэтому, когда в Украине появляются действия, которые в Израиле воспринимаются как героизация людей, связанных с нацистским режимом, Иерусалим считает себя вправе реагировать.

Это неприятный разговор. Но зрелые отношения без таких разговоров невозможны.

Украина имеет свою трагическую историю борьбы за государственность. Израиль имеет свою историческую память о Катастрофе. Эти две памяти не всегда легко совмещаются в политическом пространстве, особенно во время войны. Но если их не обсуждать профессионально, честно и без пропагандистских клише, каждый новый эпизод будет превращаться в дипломатический кризис.

Бродский напоминает, что ещё до полномасштабной войны предлагал создать историческую комиссию, которая могла бы переводить такие споры из политической плоскости в профессиональную. Эта идея, судя по его словам, не была реализована. Возможно, зря.

Для НАновости Новости Израиля Nikk.Agency этот момент особенно важен, потому что украинско-израильские отношения нельзя строить только на текущей политике. В них всегда есть третий участник — память. Память о евреях Украины, память о Холокосте, память о борьбе украинцев против империй, память о советском и российском насилии, память о тех, кто оказался между разными трагедиями XX века.

Яд Вашем и «Миротворец»: почему этот эпизод стал сигналом

Отдельно Бродский говорит о внесении директора Яд Вашем в базу «Миротворец». Он называет это нонсенсом и недружественным шагом.

По его словам, Израиль направил ноту с просьбой разъяснить ситуацию. Украинский МИД ответил, что Украина ценит связи с Яд Вашем и не имеет влияния на действия этой общественной организации. Формально это важное объяснение. Но политически сам эпизод всё равно оставил неприятный след.

Бродский говорит, что директор Яд Вашем планировал приехать в Украину на 85-летие Бабьего Яра осенью 2026 года. После такой ситуации, по его словам, этот визит оказался под вопросом.

Это не техническая деталь.

Яд Вашем для Израиля — не просто музей или исследовательский центр. Это один из главных институтов национальной памяти о Холокосте. Поэтому любые действия вокруг Яд Вашем воспринимаются в Израиле очень чувствительно.

Украине в такой ситуации важно понимать не только юридическую сторону, но и символическую. Даже если государство формально не контролирует ту или иную платформу, дипломатический ущерб может возникать всё равно.

Что это интервью говорит о будущем Украины и Израиля

Главный вывод из интервью Бродского — отношения Украины и Израиля входят в более взрослый этап.

Это уже не этап простых ожиданий.

Не этап, когда Украина ждёт от Израиля «Железный купол» как универсальное спасение. Не этап, когда Израиль может смотреть на украинскую войну только как на далёкий европейский кризис. Не этап, когда болезненные темы исторической памяти можно отложить навсегда, потому что «сейчас не время».

Наоборот, именно сейчас становится понятно: если Украина и Израиль хотят быть ближе, им нужно строить отношения на реальности.

Реальность первая: Украина изменилась войной и стала страной с огромным военным опытом.

Реальность вторая: Израиль тоже живёт в состоянии войны и не может принимать решения без учёта собственной безопасности.

Реальность третья: у двух стран есть мощное поле для сотрудничества — ПВО, дроны, защита от дронов, военные технологии, медицина, кибербезопасность, восстановление, устойчивость городов и инфраструктуры.

Реальность четвёртая: российская агрессия, иранский фактор, ХАМАС, «Хезболла» и другие угрозы не существуют отдельно друг от друга. Мир становится связаннее, а военные технологии, пропаганда и союзы врагов быстро переходят из одного региона в другой.

Реальность пятая: историческая память никуда не исчезнет. Израиль может поддерживать Украину против россии и одновременно критиковать героизацию фигур, которые в еврейской памяти связаны с трагедией Холокоста. Украина может ожидать поддержки от Израиля, но должна понимать, что для еврейского народа память о полутора миллионах уничтоженных на украинской земле евреев не является второстепенной темой.

От обид к прагматике

Самое ценное в разговоре Бродского — отсутствие декоративности.

Он не пытается представить украинско-израильские отношения как идеальные. Он не скрывает, что были завышенные ожидания. Он не обходит антисемитизм. Он не делает вид, что историческая память не влияет на политику. Но при этом он не ставит крест на партнёрстве.

Наоборот, из его слов следует: именно после разочарований появляется шанс на более прочную связь.

И это, возможно, главный урок для Киева и Иерусалима.

Союз не всегда начинается с романтики. Иногда он начинается с тяжёлого разговора о том, кто что может, кто чего не может, кто в чём ошибался и где есть реальная общая выгода.

Украина и Израиль могут стать ближе не потому, что у них нет проблем, а потому что они наконец начинают говорить о них более прямо.

Почему это важно для израильской аудитории

Для израильтян украинская тема часто кажется далёкой, хотя на самом деле она очень близка.

В Украине живёт еврейская память. Оттуда происходят семьи многих израильтян. Там находятся города, местечки, кладбища, синагоги, места массовых расстрелов, Бабий Яр, Умань, Одесса, Киев, Львов, Днепр, Харьков и десятки других точек, связанных с историей еврейского народа.

Но сегодня Украина — это не только прошлое.

Это страна, которая воюет против россии, развивает военные технологии, защищает свои города от ракет и дронов, борется с российской пропагандой и пытается сохранить государство в условиях огромного давления.

Для Израиля это не чужой опыт.

Израиль тоже знает, что такое объяснять миру своё право на оборону. Израиль тоже знает, что такое жить под угрозой ракет, дронов и террористических атак. Израиль тоже знает, как быстро международное сочувствие может смениться критикой, когда война становится длинной и сложной.

Поэтому разговор Бродского важен не только для Украины. Он важен и для Израиля, потому что показывает: украинский опыт может быть частью израильского понимания новой войны.

Финальный вывод

Интервью Михаэля Бродского — это не просто дипломатический итог его миссии в Украине. Это фиксация нового этапа отношений между Украиной и Израилем.

На этом этапе уже мало говорить общими словами о дружбе, поддержке и общих ценностях. Нужны конкретные решения: в ПВО, дронах, противодронной защите, технологиях, восстановлении, обмене опытом и защите граждан.

Но нужны и честные разговоры.

О том, почему Украина ждала от Израиля больше, чем Израиль был готов дать. О том, почему Израиль должен внимательнее смотреть на украинский опыт современной войны. О том, как российская пропаганда использует антисемитизм и конспирологию для разрушения доверия. О том, почему историческая память остаётся частью политики, даже когда обе страны говорят о будущем.

Украина и Израиль после 2022 и 2023 годов стали лучше понимать цену безопасности. Но именно поэтому их отношения должны строиться не на мифах, а на честности.

Честность не всегда удобна.

Зато только она даёт шанс превратить сложную дружбу в настоящее партнёрство.

Видео

рекомендуем посимотреть полностью  — https://www.youtube.com/watch?v=Dg-_ZFAE-CI